главная страница Дионисий Дионисий(2 часть)
Индекс материала
Дионисий(2 часть)
Страница 2
Все страницы

Дионисий (часть 2).

Обновление Успенского собора в 1472-1474 и 1475-1479 годах было, без сомнения, одним из важнейших событий эпохи.Инициатором его был, вероятно, митрополит Филипп, который стремился утвердить Москву как центр новой автокефальной митрополии, независимой от константинопольской патриархии. Этой же цели должно было служить его возведение по образцу Успенского собора во Владимир - одного из главных храмов домонгольской Руси, фактически служившего с 13 века престолом русского митрополита. С 1480 года особый сакральный авторитет Успенского собора Московского Кремля подтверждается присутствием главной реликвии нового "священного царства" - иконы Богоматери Владимирской, заменившей в русском сознании знаменитую константинопольскую святыню - икону Богоматери Одигитрии.

Новый собор должен был совмещать в себе важнейшие исторические и символические функции. Он стал не только официальным центром независимой русской митрополии, но и духовным центром нового "священного царства", средоточием его драгоценных реликвий. Подобно русским домонгольским храмам во имя Успения (начиная с собора Киево-Печерской лавры), кремлевский собор почитался как "Дом Пресвятой Богородицы" - такое наименование он получает в летописях и официальных документах средневековой Руси. Как и знаменитый Влахернский храм в Константинополе, он служил зримым свидетельством особого покровительства Богоматери избранному граду и царству, залогом ее предстательства за верных у престола небесного владыки. Все эти идеи могли не отразиться в декорации нового храма.
Декоративное убранство Успенского собора на протяжении веков неоднократно обновлялось, и первоначальные иконы деисусного, праздничного и пророческого рядов до нас не дошли. Судя по древним описям, сохранившимся с начала 17 века, состав иконостаса 1481 года и общее количество икон практически совпали с иконостасом Успенского собора во Владимире, исполненным в 1408 году Андреем Рублевым и Даниилом. Кроме того, кремлевские и владимирские иконы были очень близки по размеру (размеры несохранившихся приблизительно устанавливаются по тяблам иконостаса)ю Подобные совпадения могли определяться условиями заказа - программной ориентацией на владимирский памятник, так же как и в его архитектуре. Не исключено, что в связи с этим Дионисий мог посетить Владимир для того, чтобы специально познакомиться с иконами Рублева и Даниила, предложенными ему в качестве образца.
О таком знакомстве отчасти свидетельствуют некоторые более поздние иконы - Спас в силах из Павло-Обнорского монастыря и деисусные иконы из Ферапонтова, в большинстве повторяющие иконографию владимирских.
Помимо трех ярусов иконостаса, художники во главе с Дионисием могли исполнить и некоторые росписи в алтарной части собора, из которых до настоящего времени сохранились фрески алтарной преграды, а также Похвалльского и Петроверигского приделов. Кроме того, до нас дошли еще несколько икон, исполненных либо сразу для вновь созданного собора, либо вскоре после его постройки, которые могли входить в состав местного ряда иконостаса 1480-1481 годов. К их числу, помимо храмового Успения, принадлежат большие житийные иконы Митрополит Петр Алексий, а также - Апокалипсис и О Тебе радуется.
житийная иконаК сожалению до нас не дошло документальных свидетельств, подтверждающих это предположение. Главным аргументом в пользу того, что все четыре иконы входили в первоначальный соборный иконостас, является их программный характер - новые иконы местного ряда должны были как можно более наглядно раскрывать особые исторические и символические функции обновленного кафедрального собора. Особенно отчетливо это проявилось в житийных иконах первых московских святителей Петра и Алексия (большинство исследователей приписывают их самому Дионисию - в отличие от двух других, которые могли быть исполнены мастерами его артели). Торжественные изображения митрополитов в окружении их прославленных деяний, запечатленных в клеймах икон, уподобляли русских святых великим святителям древности и вместе с тем укрепляли духовный авторитет их преемников, являя собой совершенный образец пастырского служения.
Одна из икон, вероятно входивших в местный ряд иконостаса Успенского собора, - икона митрополита Алексия находится теперь в Третьяковской галерее. В среднике иконы изображен сам святитель - в рост, в богато украшенном ерейском саккосе, омофоре и белом клобуке. Правой рукой он благословляет, а левой держит закрытое Евангелие с киноварным обрезом в драгоценном окладе. Фон средника - светло-бирюзовый с остатками более темного позема и облачного рисунка. Средники житийных икон Алексия и Петра имеют аналогичную композицию, но если фигура Петра развернута чуть влево от зрителя, то фигура Алексия - вправо. Подобная симметрия подтверждает, что обе иконы должны были изначально составлять единый ансамбль. Определенное единство замысла обнаруживают и житийные клейма обеих икон.



Подобно первому московскому святителю Петру, Алексий (1292/1298-1378) икрна,фрагментпрославился не только как чудотворец, но и как выдающийся общественный деятель, немало способствовали объединению и креплению Московского княжества. В 1340 году он был назначен помощником митрополита Феогноста, который еще при жизни избрал Алексия своим преемником. В 1352 году Алексий был поставлен в епископы владимирские, а два года спустя - в митрополиты всея Руси. После смерти Симеона Ивановича Гордого святитель стал наставником князя Дмитрия Ивановича (Дмитрия Донского) и вплоть до его совершеннолетия фактически возглавлял русское государство. Известно, что за годы своего правления он пытался наладить взаимоотношения с Золотой Ордой, куда ездил дважды. В числе важнейших деяний Алексия - основание четырех московских монастырей: Чудова, Спасо-Андроникова, Алексеевского и Симонова. В 1448 году митрополит был канонизирован. К этому времени относится первоначальный вариант Жития Алексия, а в 1459 году появляется его новая редакция, исполненная Пахомием Сербом. Она и была положена в основу житийных клейм иконы Дионисия.
Состав и расположение житийных сцен в клеймах иконы традиционны. Так, в верхнем ряду представлены рождение святого, отдание его в учение, пострижение в монахи и поставление в епископы владимирские. Среди клейм верхнего ряда - чудесное видение отрока Елевферия (будущего Алексия), предопределившее его особое служение - во сне он увидел птиц в силках и услышал голос, предрекавший, что он станет "ловцом человеков". Замыкает ряд изображение Алексия в Орде, перед татарским ханом. Согласно житию, он представлен "утоляющим гнев" хана Бердибека.
Еще одно путешествие митрополита в Орду показано в 4 клеймах на боковых полях иконы: моление у гроба митрополита Петра в Успенском соборе (от гроба Петра Алексий увозит в Орду чудотворную свечу); встреча с ханом, исцеление ханши Тайдулы и возвращение Алексия в Москву. Цикл деяний на полях включает клейма, Митрополит Алексий с житием.Клеймо"Встреча с ханом Бердибеком"посвященные основанию двух московских монастырей - Спасо-Андроникова и Чудова. По житию, во время путешествия в Константинополь Алексий был застигнут бурей на море и дал обет в случае в случае своего избавления основать в Москве монастырь в честь святого, в день памяти которого корабль достигнет пристани. Это произошло 16 августа, в день "Перенесения Нерукотворного образа из Эдессы в Константинополь", и в 1361 году Алексий основал монастырь в честь Нерукотворного Образа. Первым игуменом обители стал ученик Сергия Радонежского Андроник, по имени которого монастырь впоследствии стал называться Спасо-Андрониковым.
Второе сверху клеймо на левом поле иконы представляет тот момент, когда святитель Алексий, находясь в Троице-Сергиевой лавре, просит преподобного Сергия отпустить Андроника на игуменство в основанный им монастырь. В следующем клейме, на правом поле, он благословляет Андроник на игуменство (на заднем плане здесь изображен монастырь с иконой Спаса нерукотворного в нише над воротами). Уравновешенность композиции, спокойный мерный ритм несколько вытянутых фигур, чередующихся со стройными зданиями на заднем плане, просветленный колорит создают ощущение безмолвного молитвенного собеседования, особого духовного Алексий просит отпустить ученика Сергия Андроника на игуменство в основанный им Спасский монастырьединства всех участников события. Такое же впечатление вызывает и клеймо с изображением беседы святителя с преподобным Сергием, иллюстрирующее эпизод жития, повествующий о том, как Алексий перед смертью просит Сергия стать его преемником, подобно тому как он сам стал преемником Феогноста еще при его жизни (известно, что преподобный ответил на это отказом).
В последнем клейме, входящем в цикл прижизненных деяний, святой изображен на фоне Чудова монастыря наблюдающим за сооружением собственной гробницы. На нижнем поле, в соответствии с иконографической традицией, представлены погребение святителя, обретение мощей и посмертные чудеса. Среди них - воскрешение младенца и исцеление слепой жены, описанные в первоначальных редакциях жития святителя, а также исцеление сухоногого чернеца Наума, которое, согласно летописи, произошло в 1461 году. Этому событию современники придавали очень большое значение - ему даже было посвящено специальное похвальное слово митрополита Феодосия. Наум изображен в Алексий предлагает Сергию стать своим преемником)последнем клейме нижнего ряда, слева от гробницы митрополита, а справа от нее - еще три склонившихся фигуры. Предполагают, что здесь могли быть представлены исцеления у гроба Алексия, которые происходили в 1518-1519 годах, и это - из основных аргументов в пользу более поздней даты создания иконы. Однако, как известно, последние клейма житийных икон нередко представляют обобщенное изображение верующих, притекающих ко гробу святого за исцелением. Напротив, в пользу более ранней даты говорит отсутствие в клеймах такого важного события, как перенесение мощей Алексия из Благовещенского придела собора Чудова монастыря в специально построенную Алексиевскую церковь, осуществленное архимандритом Геннадием в 1483 году.
икона митрополит Алекий с житиемОбе иконы святителей во многом продолжают классические традиции московской школы 15 века - соразмерностью и внутренней цельностью, гармоничным соотношением фигур и свободно построенным архитектурным фоном, лишенным причудливых украшений. Даже многофигурные композиции отличает простой, размеренный ритм, хотя явное предпочтение отдается композициям из двух-трех персонажей. Вместе с тем изображения святителя Петра и Алексия в средниках, так же как и композиции в клеймах, обнаруживают новые черты дионисиевского стиля: просветленный колорит, построенный на изысканных цветовых оттенках, удлиненные пропорции, легкие, как бы парящие фигуры. Изображения небесных покровителей "священного царства" отличает особая духовная приподнятость: богато украшенные одежды с обилием белого и золотого цветов делают их фигуры бесплотными, пронизанными светом, похожими на сияющие видения горнего мира.
Несмотря на значительные утраты и потертости красочного слоя, лики святителей сохраняют характерную для икон Дионисия изысканность и четкость рисунка, тонкость живописного решения.
В отличие от многоцветной живописи рублевского времени, колористическая гамма личного письма здесь достаточно сдержана и построена на тончайших переходах сближенных друг с другом тонов. Отсутствие сложных рельефных моделировок создает впечатление некоторой уплощенности (впрочем, это может быть отчасти связано с сохранностью икон). Однако при всей условности черт в этих ликах нет того схематизма, который нередко появляется в иконах 16 века,- они сохраняют индивидуальную выразительность и духовную глубину. Лики святителей Петра и Алексия на иконах Дионисия исполнены строгости, непоколебимой стойкости и духовного величия, которые как нельзя лучше соответствовали образу учителей и наставников, истинных пастырей человеческих душ и одновременно защитников и покровителей царственного града.
Замысел житийных икон Петра и Алексия раскрывает очень важную перспективу в русской культуре и церковном искусстве. Именно в творчестве Дионисия, а затем и его последователей в первые десятилетия 16 века древний жанр житийной иконы получает новые смысловые оттенки. В их широком распространении угадывается вкус к осмыслению и упорядочению истории церкви, стремление создать образ единой и непрерывной канонической и духовной традиции. Эта тенденция проявлена прежде всего в образах преподобных - основателей монастырей, исполненных самим Дионисием и художниками его мастерской. К их числу относятся житийные иконы Кирила Белозерского (Государственный Русский музей, далее - ГРМ) и Дмитрия Прилуцкого (Вологодский музей), а также несколько икон преподобного Сергия Радонежского конца 15- начала 16 века. Хотя эти святые почитались и изображались давно, именно в кругу Дионисия на рубеже 15-16 веков окончательно складывается их каноническая иконография, а также состав и иконография соответствующих житийных циклов.

 
Январь 2018
Пн18152229
Вт29162330
Ср310172431
Чт4111825 
Пт5121926 
Сб6132027 
Вс7142128 

Бесплатная раскрутка сайта
Позитивные новости
Жизнь в фотографиях