главная страница Статьи Особенности развития Новгорода и Москвы в первой половине 14 века.
Полезные статьи - Полезная информация.

Особенности развития Новгорода и Москвы в первой половине 14 века (часть 3).

На Русь приезжали греческие художники, выполнявшие и в Москве и в Новгороде различные заказы. Разумеется, работы их возбуждали любо­пытство и были наглядной школой для русских живописцев. Некоторые же из греков непосредственно выступали в роли учителей и брали русских в свои артели.

Бывали в это время на Руси и люди высокой византийской образованно­сти, скорее всего, с какими-либо дипломатическими или церковными поруче­ниями. Известно, например, что в Москву приезжал византийский писатель Мануил Фил.
Оживленное общение русской церкви с константинопольской патриар­хией  осуществлялось через посольства, часто ездившие из Москвы в визан­тийскую столицу и обратно. Кроме этих посланцев митрополии как единого целого в патриархию ездят послы из Новгорода, Твери, Галицкой Руси, Литвы защищать свои местные интересы.
Оживляются и дипломатические государственные контакты. От визан­тийского императора привозятся на Русь хрисовулы, от великого князя едут в Константинополь послы по разным вопросам. Вполне возможно, что по­сольства с той и другой стороны везли с собой дары, среди которых могли быть произведения искусства, иллюминованные рукописи, предметы дорогой церковной и светской утвари. Указания на это есть в русских летописях и житиях.
Русские паломники, отправляющиеся к святым местам, по возвращении на Русь не только рассказывают и даже описывают свои впечатления, но, возможно, привозят что-либо из греческих художественных изделий.
Русские монахи живут в Константинополе, переписывают книги и посы­лают их на Русь. Греческие монахи-подвижники, ища спасения, уходят на край земли, на дикий, по византийским понятиям, русский север, и основы­вают здесь монастыри.
Византийские купцы постоянно живут в Москве, имеют здесь свою сло­боду, церковь и монастырь, где наверняка были греческие иконы и книги, а возможно, и росписи. Русские купцы ездят в Константинополь и останавли­ваются в постоянно существующей там русской колонии. Наконец, русские монахи-отшельники живут на Афоне, и хотя сведений именно первой поло­вины 14 в. об этом нет, но русский монастырь св. Пантелеймона существует там с 11 в.
Разнообразных и разбросанных по разным источникам упоминаний о кон­тактах Руси с Византией в первой половине XIV в. достаточно много, и мы приводим их в отдельном списке. Здесь и официальные встречи, и внешние дела, государственные, хозяйственные, церковные, и ситуации, рожденные внутренними побуждениями, происходящими от религиозной общности Руси и Византии. За каждым из этий фактов угадывается живая человеческая связь, возможность художественных впечатлений и даже вероятность проникнове­ния на Русь изделий византийского искусства. За каждой из этих дат (а источ­ники отразили их, конечно, отнюдь не полностью) стоит возможность для русских прибретения духовного и художественного опыта.

И все-таки вся эта сумма фактов раскрывает только условия, благодаря которым на Руси могла привиться византийская культура, но не обнаружи­вает причины этого явления. Вряд ли оно может быть объяснено количествен­ным увеличением поездок русских в Константинополь или усилившейся поли­тической и материальной заинтересованностью Константинополя в русских возможностях. Ведь и в 13 в., даже в самые тяжелые годы татарского гнета, в годы сплошного разрушения материальных ценностей в русских зем­лях, в Византию периодически отправлялись посольства, ибо церковные связи русской митрополии с патриархией не были нарушены, и митрополиты-греки занимали русскую кафедру. Однако тогда ни в какой сфере культуры, в том числе и в живописи, такого притяжения к византийскому искусству не было. Оно появляется явно в первой половине 14 в. Одну из важнейших причин этого можно видеть не столько в цепи мелких благоприятных обстоятельств, сколько в некой исключительной ситуации, повлиявшей на развитие искус­ства. Такая ситуация определилась и в исторической судьбе Москвы и в ее искусстве. В этот период здесь проводится активная византинизация культуры, здесь очевиден достаточно высокий уровень художественной, а возможно, и духовной жизни, что вскоре, во второй половине 14 в., даст поражающие яркие результаты. Путь узнавания и наследования византийской культуры был здесь исключительным. Это не подражание греческому искусству вообще, всякому, любому, случайно узнанному, не поклонение, в котором проступает обожание ученика, хотя бы даже темпераментного и самостоятельного, но ощущающего себя несомненно ниже учителя. Напротив, это, скорее, миссио­нерски планомерное перенесение византийского искусства на восприимчивую, но еще мало обработанную почву; это выбор определенного и притом гос­подствующего направления константинопольской живописи, выбор, в кото­ром ощущаются личность и вкус грека, во многом определившего характер московской культуры первой половины 14 в.,—митрополита Феогноста. Константинополец по происхождению, получивший образование в столице и выделявшийся там своей образованностью, Феогност был послан на Русь и занял митрополичью кафедру в 1328 г.

 
Декабрь 2017
Пн 4111825
Вт 5121926
Ср 6132027
Чт 7142128
Пт18152229
Сб29162330
Вс310172431

Бесплатная раскрутка сайта
Позитивные новости
Жизнь в фотографиях